Царь – Мамонов

декабря 29, 2009 by Grebs, under Кино. No Comments

“Нет величия там, где нет простоты, добра и правды”.
Л.Н. Толстой
“Царь ли я дрожащий или право имею…?”
почти Достоевский

1. До “Царя”.

Очень интересно, как сыграл Мамонов роль Грозного, после Черкасова и Евстигнеева ?
Должен был сыграть хорошо, ведь  Пётр Николаевич начинал как юродивый от контркультуры. А Иван Васильевич Грозный – тоже был юродивым на троне, грамотным, умным, жестоким юродивым, нарочно напускающим на себя безумие, паранойю. Грозный – тиран, находивший как в мучительстве так и в смирении сладострастие.

Надеюсь, в противостоянии Грозный (Мамонов) -  Филипп (Янковский) главным будет конфликт власти земной и власти небесной, власти царской над телом и власти Церкви над душами. Так и просится фраза в сценарий от Филиппа:

“Ты царь, и владеешь ты поддаными своими аки чадами, их телами и членами, токмо души их оставь, ибо душа суть небесное, а не земное, и не тебе володеть душами их, а только Б.гу одному”.

Кстати, есть аудиокнига на сайте Русскiй Паломникъ:
“Ну не может так быть, чтобы Господь вот просто так пришёл, распялся на Кресте за нас, искупил, вознёсся – и всё хорошо, мы теперь спасены. Ведь это ж самое радостное событие во всей мировой истории – Бог пришёл на землю. И неужели это было нужно лишь для того, чтобы осуществить вот эту схему? Неужели Господь Всемогущий не мог придумать чего-нибудь другого, чтобы искупить нас? Нет, что-то здесь не так! И вдруг открываю авву Исаака – ну конечно! Конечно! Цель и воплощения, и распятия одна – явить миру ЛЮБОВЬ. И вот тогда в сердце моё хлынул луч света. И лукавство моё пропало, и я понял: да, вот с этим Богом я вместе! Да, вот с этой Любовью я вместе! Перед этой Любовью мне стыдно грешить”. Пётр Мамонов читает преп. Исаака Сирина.
Как он с позиций таких Грозного-то сыграл…

2. На “Царе”.

Посмотрел. Фразы которые запали :
“Я людям не верю!”
“У царя грех – когда город взят”
“Я как человек – грешен, а как царь – праведен!”
“Вся власть от бога!”
“А я не хочу судить или миловать. Ты суди!”
Мамонов сыграл царя с крестьянскими интонациями.
Но противостояния царь – митрополит не получилось, страсти у Янковского не хватило, по-моему. И вообще, очень характерно для интеллигента – пытаться ходить во власть, решаться встать рядом с правителем, чтобы смягчать нравы и ходатайствовать за слабых и обиженных. Как правило – зря. Власть – штука циничная, грязная и липкая, которая не терпит иллюзий. Не от бога власть, даже царская, это есть искушение диавольское. Вот когда ты преодолеешь этот искушение – то становишься праведником и начинаешь чудеса творить.
Опричники понравились. Какие у них были важные, спокойные, значительные лица на интронизации митрополита Московского, соль земли и её охранители, точь в точь лица чиновников на интронизации патриарха Кирилла. Вертикаль власти, бл…ть…
После финальных титров в полуполупустом зале кто-то одиноко зааплодировал, но треск ладоней быстро прервался. Хотел бы понять, кому аплодировали…
А в соседнем зале на катастрофу Земли в фильме 2012 ВСЕ билеты были проданы.

3. После “Царя”

идя в кинозале, никак не мог отделаться от ощущения, что надо разделять контекст исторический и контекст кинематографический.
Я честно пытался оценить игру актеров, композицию, диалоги….но всё это были тщетные попытки.
Уж не знаю, нарочно или подсознательно, но Лунгин вытащил на поверхность самые каверзные и противоречивые архетипы русской жизни и истории.

Народ, который рабски покоряется власти, но держит за пазухой дубину для отдельных её представителей.
Царь, который упрекает народ в неверности и держится только ближнего окружения своего.
Немец-иноземец, предлагающий упорядочить кошмар казней (прямая ассоциация с “фабриками смерти” в Освенциме etc.)
Свита “князей из грязи”, которая готова располосовать любого, в том числе своего вожака, но вожака не трогает из чувства самосохранения, ибо тогда они сами перегрызутся.
Царедворцы, понимающие ЧТО именно хотел сказать ЭТИМ государь (идеальные подчиненные, как Афраний).
И наконец над всем – “Мы есть Третий Рим, а четвертому Риму не быть”.
А уж в недосягаемой вышине – “Власть Царя от Бога одного” – кстати, византийская концепция, завезенная на Русь вместе с православием.

Мамонов не то чтобы потряс, но его трактовка Грозного была неожиданной.
У Черкасова был образ царя-государственника, царя-воина, царя-устроителя и укрепителя Руси – укрепителя кровью в том числе.
“Дело прочно, когда под ним струится кровь”.
Мамонов сыграл царя-простеца,  сельского пастыря всея Руси (сказывается сельское житье Мамонова?).  Я увидел царя “хрестьянского”, опроставшегося , смиренно носящего власяницу на костлявом теле и одновременно невыносимого во вседовозволенности власти над телом и разумом своих подданых. Царь у Мамонова – перменчивый человек, пытающийся обрести божью благодать и отвергающий просьбы о милосердии во имя утверждения Власти и Порядка. Православный язычник (как и большинство россиян до сих пор) постоянно бросает вызов Господу немилосердными делами своими и боится своей дерзости.

Самый сильный кадр – когда Грозный-Мамонов вполоборота к Патриарху говорит капризно “А я не хочу судить или миловать”. И потом, погрозив крючковатым иссохшим пальцем Филиппу-Янковскому, говорит “Ты суди!!!!”. Прям как Понтий Пилат.

И нашему Патриарху приходится совершить хождение “во власть”, во власть грязную и неправедную. Приходится ему судить, не веря в то, что говорят подсудимые. Праведник вынужден заступничеством своим творить неправедный суд, потому что сами подсудимые просят об осуждении. И потому печать на приговор не ставит Филипп, ибо печать  та – диавольская.

И только после этого Патриарх восстал против лжи и неправды, понес муки телесные и моральные, был унижен и растоптан, но сохранил веру в милосердие и твёрдость в своей Вере – и обрёл святость.

Очень своебычно была решена тема чудотворной иконы. Почему в первый раз она “сработала”, а во второй раз, когда девочка, чистая и светлая, пошла с иконой на медведя – мишка девочке голову своротил.
По этому поводу у меня сформировалась концепция чуда, даже так – Чуда.
Чудо происходит, когда его не ждёшь сознательно, не просишь специально о Чуде, когда прикладываешь все силы – а оно не выходит, когда есть бескорыстие и бессильность изменить ситуацию, подступает паника и отчаяние.
Икона тут становится сосредоточием чаяний, духовным резонатором  невысказанных надежд и ожиданий, и в какой-то момент придаёт материальную силу желаниям моляшихся и отчаявшихся. Вопрос в том, что эта Сила, ставшая материальной, духу человеческому не подвластна – человек может просить, но услышат ли его просьбу – неясно. Вспомнилось тут из детства – “Как Незнайка совершал хорошие поступки”. Ведь принцип тот же самый – хороший поступок засчитывался, когда совершался без корысти, без мысли о воздаянии за доброе дело…

А на самом деле всё могло быть ещё проще. Медведь в лесу, при встрече с девочкой был сыт, а в загоне – голоден и зол. А злого медведя, наверное, никакая Сила не остановит. Игры закончились, началась физиологическая психология природы.
———————–
Где мой народ?
Народ безмолвствует за кадром.

Popularity: 1% [?]